29.07.2014 21:06

Нашли предлог для разгильдяйства

Чиновники наотрез отказываются расселять аварийный дом в Элисте под предлогом утраты документов

Алексей ОрловДом №2 в 1-м микрорайоне Элисты – бывшее рабочее общежитие 1963 г. постройки. Трещины в стенах, сырость, протекающая кровля, отсутствие вентиляции, коммуникации, замурованные в пол цокольного этажа – условия здесь далеки от идеальных. Но убедить в этом чиновников, похоже, невозможно.

Уже несколько лет жильцы обивают пороги различных инстанций с единственной целью – чтобы их аварийный дом включили в программу переселения. Несмотря на заключения экспертов о многочисленных нарушениях СанПиН и техрегламента о безопасности зданий и сооружений (№ 384-ФЗ), людей буквально футболят по коридорам власти.

«У нас нет ни воздуховодов, ни подсобных помещений, ни балконов, и мы деремся за эти веревки на улице, чтобы посушить белье, – говорит председатель домового комитета Галина Волынец. – Самое ужасное, что здесь все коммуникации находятся под землей. То напора воды нет, то трубу прорвет, а как к ним добраться? Сантехники говорят: «Мы не кроты, чтобы копаться в земле».

По словам жильцов, изначально этот дом строился как «времянка» – рабочее общежитие для тех, кто приехал в республику в конце 1950-х гг. по призыву Басана Городовикова. Как рассказывает Валентина Нингишева, живущая здесь с 1986 г., уже к началу 90-х здание считалось аварийным.

«Общежитие было «калмтрестовским». При передаче в фонд города ему присвоили статус малосемейного, а вскоре, в 1993-м, назвали жилым домом, – отметила Валентина Манджиевна. – А где вы видели многоквартирный дом коридорного типа с общежитской нумерацией? Сколько я здесь живу, столько мучаюсь от сырости и плесени. Все мои болезни приобретены «благодаря» им. Крыша постоянно течет. В управляющей компании твердили: дом аварийный, в трещинах, нет смысла ремонтировать. А в 2010 г. они вдруг стали ходить по квартирам и собирать деньги на капремонт. Якобы выделяют 4,5 млн. руб., и всем необходимо сдать по 5% в качестве софинансирования. Мы просили поменять нам крышу, но нам сказали, что несущие стены не выдержат, и просто перелатали старую кровлю. Через три месяца потолки у меня опять «потекли».

О том, что капитальный ремонт был одной лишь видимостью, говорят практически все жильцы второго дома. «Облицевали дом горючим, едким, дешевым пластиком, а если его содрать, вы увидите, какие там трещины в стенах. Это равносильно тому, что труху завернули в красивую обертку и выдают ее за конфетку», – считает Галина Волынец.

Но даже облицовку здания подрядчик производил, что называется, без души. «Края панелей прилегают неплотно, имеются щели, некачественно проведена заделка краев оконных сливов, сток осадков происходит в щели между панелями и кирпичной кладкой стен дома», – заключили в ходе проверки в мае прошлого года специалисты регионального управления Роспотребнадзора.

А в декабре-2013 представитель министерства ЖКХ и энергетики по госжилнадзору дополнил список нарушений: «С северной стороны дома в районе 2-го подъезда на уровне 3-го этажа наблюдается выпор пластиковых панелей из-за неисправности креплений. Отмостка и цоколь – наличие очагов сырости в виде зеленой плесени с северной стороны дома и частичного разрушения облицовки цоколя в месте примыкания к поверхности отмостки. При визуальном осмотре кровли наблюдаются вздутия кровельного материала отдельными местами и отсутствие металлического отлива на парапете над 2-м подъездом с северной стороны дома».

В квартирах выявлены следы затопления, черная плесень и трещины на стенах, в том числе вертикальная от уровня пола до потолка с шириной раскрытия до 1 мм, расслоения шпаклевки на потолках в местах стыка плит перекрытий. «Обшивка делалась специально, и мы это прекрасно понимали, - рассказывает еще одна женщина по имени Галина, не назвавшая своей фамилии. – По российскому законодательству все дома, которым более 40 лет, должны идти под снос. Нашему на момент так называемого капремонта было – 47. Мы подавали жалобу, к нам приходили следователи, выясняли, сколько денег мы сдавали, завели дело. Но потом все заглохло».

«Если снять сайдинг, вы просто ужаснетесь: что под ним. Мы устали делать каждый год ремонт, все сыреет, а у моей дочери маленький ребенок. Но другого жилья нет, поэтому стены, зараженные грибком и плесенью, мы заделали гипсокартоном. Тем самым уменьшили и без того небольшую площадь», – сетует другая наша собеседница.

Площадь квартир, где мы побывали, такая небольшая, что отдельными апартаментами назвать их трудно. Например, Татьяна Кардонова с взрослым сыном ютятся на 13,3 кв.м. Это и общая спальня, и зал одновременно. Есть еще крохотная кухня и совмещенный санузел. «Я живу в этом доме с 1983 г. Сама инвалид, сын страдает эпилепсией. Из-за вечной сырости вдобавок к своим болезням заработали астму. Вытяжки нет, дышать нечем. Сил больше нет терпеть. Пусть чиновники придут и посмотрят, как живут старики и инвалиды. Они могут только по бумажкам отчитываться, а как на самом деле, им все равно», – убеждена Татьяна Кардонова.

Удивительно, но и чиновники, и надзорные органы абсолютно не слышат жильцов дома № 2. В управлении МЧС и вовсе, видимо, считают, что люди с ними просто шутки шутят. «Ваше заявление о том, что износ плит составляет 50%, вызывает сомнения. Визуальным осмотром износ плит не определяется. Что касается четырех трещин, по причине которых ваш дом становится аварийным, то при осмотре межведомственной комиссией этот факт не подтвердился», – ответил в январе с. г. на обращение домкома врио начальника ГУ МЧС России по РК А. Погорелов. Интересно, каким образом производилась ревизия, если фасад дома уже более трех лет предусмотрительно «обшит» пластиковыми панелями?

Несмотря на жалобы жильцов, все ответственные службы посчитали, что капремонт произведен, как надо. Следующий, как указано в региональном плане, пройдет теперь в 2043 г. «По новым правилам мы должны ежемесячно перечислять деньги на капитальный якобы ремонт. Вопрос – доживем ли мы до 2043 г., и не развалится ли сам дом к тому времени? В карманах каких чиновников будут оседать эти средства? Понятно же, что никакого ремонта больше не будет: дому уже больше 50 лет», – говорит председатель домкома Галина Волынец.

История с этим домом вообще какая-то мутная. Например, когда жильцы инициировали его включение в программу Фонда ЖКХ по расселению, выяснилось, что все правоустанавливающие документы на него странным образом исчезли. «Из прокуратуры нам пришел ответ, что в ООО «БАН», производившем переустройство цокольного этажа под жилые квартиры, было такое грандиозное затопление, чуть ли не Амур у них разлился, и все документы пришли в негодность», – отметила Г. Волынец. При этом ни в архитектурном бюро, ни в мэрии, ни в бывшем ЖЭУ они также не сохранились. А без них, как сообщают чиновники всех уровней власти, никакого разговора о переселении и быть не может.

Цокольный этаж дома № 2, в котором ранее располагался учебно-производственный комбинат, а в 80-х магазин матери врио главы РК Алексея Орлова (в народе его так и называли – «орловским»), в 2009 году был выкуплен ООО «Спектр». Жильцы узнали об этом, когда тот самый «БАН» начал перекраивать его под квартиры. «Все было сделано без огласки, без нашего ведома. А ведь это общедомовая территория, и мы, собственники, вправе были самостоятельно решать, что с ней делать», – считают наши респонденты.

Позже специалисты Роспотребнадзора выявили, что в семи квартирах (из 11-ти) с северной стороны уровень пола – ниже поверхности земли. Ведомством были отменены результаты санитарно-эпидемиологической экспертизы проекта ООО «БАН» по переустройству первого (!) этажа, а заключение признано недействительным. Как говорится в постановлении главного государственного санитарного врача по РК Константина Яшкулова от 27 августа 2012 г., проект не соответствует требованиям санитарного законодательства в части размещения жилых квартир в цокольном этаже. Ну, а потом все документы на дом, вероятно, пропали.

«Все, кто мог, уже давно сбежали отсюда, – говорит Галина Волынец. – Остались пенсионеры, инвалиды, матери-одиночки, многодетные. Нашему руководству по барабану, как мы живем. Да, себе они могут позволить ездить на «Мерседесах», строить особняки, ставить мамам светофоры на улицах. А как же народ? Месяц назад я была на приеме в администрации главы республики. Ответу даже не удивилась: «Ваше обращение направлено в мэрию». Но не это же нам нужно, у нас дом рушится!».

Папок с чиновничьими отписками у домкома – целый архив, с классификацией по годам. И, кажется, нет выхода из этого замкнутого круга. В текущем июле жильцы вновь обратились в прокуратуру Калмыкии, ведь надежда, как известно, умирает последней.

Байрта МУКАБЕНОВА

Прочитано 1979 раз
Яндекс.Метрика